«Отпустите нас!»: Украинские моряки требовали в суде освободить их из-под ареста

26-летнего Владимира Варимеза видят только судья, прокурор и адвокат. Все остальные в зале суда могут только слышать его голос, доносящийся с экрана большого телевизора.

Задержанный моряк буксира ВМСУ «Яны Капу» находится в московском СИЗО «Лефортово», как и другие его сослуживцы, пытавшиеся прорваться через Керченский пролив. Их апелляции – а моряки считают, что их задержали незаконно — рассматривает Верховный суд Республики Крым, поэтому на заседании обвиняемые присутствуют виртуально, с помощью видеосвязи.

Варимеза и еще 23 украинских моряка задержали, напомним, в конце ноября после провокации в Керченском проливе. Завели уголовное дело за незаконное пересечение российской границы. Киевский райсуд Симферополя избрал им в качестве меры пресечения арест почти на два месяца. Большинство моряков решили оспорить это решение.

Жалобу Варимеза Верховный суд рассматривал первой.

С самого начала моряк потребовал переводчика. Дальнейший диалог «КП-Крым» приводит целиком.

— В услугах какого переводчика вы нуждаетесь? — попыталась уточнить судья. — По национальности вы болгарин, мы с вами сейчас общаемся на русском языке…

— Но вырос я в Украине.

— Так с украинского на русский или с русского на украинский вам нужен переводчик? На каком языке вы желаете давать показания или пояснения?

— Я не буду давать показаний.

— Тогда я не понимаю логику ваших рассуждений. С какой целью вам нужен переводчик?

— Чтоб переводил.

— С какого на какой??? — судья начинает говорить чуть громче.

— С украинского на русский.

— Вы будете давать пояснения на украинском языке в суде?

— То есть с русского на украинский…

— Вы не владеете русским языком?

— Понимаю, но немножко с трудностями.

— А сейчас вы меня понимаете?

— Да.

Владимир Варимез / Instagram

«БОЖЕ, ВАШЕ ПРАВО!»

Судья задает еще несколько уточняющих вопросов по поводу адреса проживания и регистрации обвиняемого. Варимез вспоминает, что не должен говорить по-русски, и впервые с начала заседания начинает употреблять украинские слова: «Так» и «Ні».

— Вам предъявлено обвинение?

— Я отказываюсь от обвинения! — снова по-русски.

— Суд спрашивает не об этом, я спрашиваю, какого числа предъявили обвинение.

— Я считаю себя военнопленным!

— Да Боже, ваше право! Как хотите! Но давайте вернемся к жалобе…

В разговор вмешивается адвокат, пытается пояснить, что его подзащитный в целом русский понимает, но не знаком со специфической юридической лексикой. На что судья резонно отмечает, что объяснять юридические термины — как раз обязанность защитника.

«Незаконно применили физическое насилие»: следователи проверяют действия полицейских при задержании в Орске

— При рассмотрении судом первой инстанции вы утверждали, что переводчик не нужен… почему сейчас возникла необходимость? — продолжает интересоваться судья.

Адвокат что-то шепчет моряку. И Владимир Варимез снова переходит на украинский:

— Не зрозумів…

Варимезу все же отказывают в переводчике, так как «не усматривается законных оснований». Не нужен ведь он был раньше, а тут вдруг…

Моряки ВМСУ пытались незаконно пройти через Керченский пролив. Фото: Архив КП

«Я ВІДМОВЛЯЮСЬ ВІДПОВІДАТИ»

Попытка суда выяснить, поддерживает ли моряк жалобу, которую подал в суд его адвокат, тоже не увенчалась успехом: Варимез отвечает на вопросы суда, мягко говоря, невпопад.

Выходило, что обвиняемый не согласен с доводами своего защитника, но не хочет прекращать производство. Адвокат пытается списать все на «он не понимает».

О России под санкциями, русофобах в Киеве и женитьбе: Владимир Путин провел Большую пресс-конференцию

— А вы тогда зачем присутствуете? Разъясните, что значит «поддерживать жалобу»! Вы-то с ним на каком языке общаетесь? На украинском или на русском? А может, на болгарском? — одергивает судья.

— Я відмовляюсь відповідати, тому що я воєнноплєнний, — выговорил Варимез на ломанном украинском.

Прокурор, который терпеливо молчал все это время, не выдержал:

— Так «воєнноплєнний», — советник юстиции сначала копирует корявое украинское произношение Варимеза, а потом легко переходит на чистый литературный выговор: — Чи військовополонений?

Прокурор поворачивается к судье и, как бы извиняясь, поясняет свою реплику:

— Нет в украинском языке такого слова — «воєнноплєнний».

Украинские власти сразу стали называть всех задержанных моряков военнопленными, хотя на момент провокации в Керченском проливе незалежная даже не задумывалась об объявлении военного положения и уж тем более не воевала с РФ.

Адвокат Владимира Варимеза тоже попробовал, ссылаясь на Женевскую конвенцию, убедить судью, что незаконное пересечение границы военными кораблями Украины — не обычное уголовное преступление, а «военный конфликт».

— Не обязательно объявлять войну, это может быть просто перестрелка между армиями двух стран, — заявил защитник.

По его мнению, меру пресечения Варимезу должен избирать только военный суд, и нельзя держать его в СИЗО, как обычного уголовника.

— Считаю постановление Киевского районного суда законным и обоснованным, оснований для его отмены не усматривается, — возразил прокурор. — Варимез обвиняется в совершении тяжкого умышленного преступления в составе организованной группы.

Суд с прокуратурой согласился и отклонил жалобу, однако внес небольшое изменение: арестовать моряка не до 25 января, а всего лишь до 24-го. Как пояснила после заседания судья, в постановление райсуда «закралась» техническая ошибка, неверно высчитали 1 месяц и 29 суток.

Верховный суд Крыма рассмотрел в течение двух дней еще девять жалоб, остальные планирует рассмотреть в пятницу, 21 декабря. Все адвокаты настаивали на одном и том же: их подзащитные — военнопленные, надо отпустить их в зале суда. Но все задержанные остались под арестом.

Источник: pravdoryb.info

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Чтобы иметь возможность оставлять комментарии, вы должны войти.